Нежелание семьи признать реальность.
Семья алкоголика в среднем лишь через семь лет после появления явных свидетельств его патологического пристрастия признает, что в доме живет алкоголик. Еще года два они тянут с тем, чтобы обратиться за помощью.

В этом упорном отрицании фактов членами семьи и близкими друзьями, каким бы бессмысленным оно ни казалось, есть своя логика. На ранних стадиях алкоголизма редко присутствуют очевидные признаки, позволяющие отличить алкоголика от сильно или даже умеренно пьющего человека. Когда все же появляются первые угрожающие симптомы, — возрастающее потребление алкоголя, частое опьянение, изменения личности, — то ближайшие к алкоголику люди бывают ослеплены требованиями личной лояльности и страхом перед общественным осуждением алкоголизма. Для каждого из нас гораздо легче отмахнуться от вопроса о чьем-то тревожащем отношении к алкоголю, приняв его за совершенно нормальное, чем допустить возможность, что у человека, которого мы хорошо знаем и любим, сформировалось социально неприемлемое пагубное пристрастие.
Искаженному восприятию реальности его (алкоголика) семьей способствует несколько важных факторов:

а) Изоляция. Редко встречается семья, в которой ведутся разговоры о присутствии в ней алкоголика. Стыд и замешательство воздвигают стену молчания вокруг каждого члена семьи и постепенно обрубают все связи между ними, кроме самых поверхностных.
Члены семьи усугубляют свою изолированность тем, что постепенно отдаляются от друзей и всяческих внешних интересов. На горьком опыте они учатся тому, что не следует приглашать к себе домой знакомых, и из-за боязни непредвиденных ситуаций, создаваемых алкоголиком, им трудно вступать в серьезные отношения с другими людьми. Если у детей алкоголиков есть друзья, то зачастую это тоже дети алкоголиков.
Семейный мир алкоголика постепенно сужается до таких пределов, что в нем остаются лишь очень немногие, кроме самого алкоголика и тех, кто вращается непосредственно около него. Это создает еще более благоприятные условия для выпивок и делает семью сильно зависимой от алкоголика в эмоциональном плане.

б) Эмоциональный разлад. Рано или поздно члены семьи алкоголика впадают в такой же эмоциональный разлад, которым страдает он сам. Они чувствуют себя более виноватыми в том, что алкоголик пьет "из-за них", и в том, что они ненавидят тех людей, которых, по их убеждению, должны были бы любить, и обижаются на них. Им неудобно и стыдно за алкоголика. Их раздражает собственная беспомощность. Страх перед непредсказуемым поведением пьяницы смешивается с неопределенной тревогой за будущее, а возрастающая изоляция порождает чувство одиночества и подавленности.
Члены семей алкоголиков редко делятся своими переживаниями с другими. Вместо этого они подавляют свои чувства, которые в результате образуют настоящий гнойник отчаяния и ненависти к себе. Лишенная реального представления о себе самой, семья алкоголика становится все беззащитнее перед его манипуляциями.

в) Центральное положение алкоголика. В здоровой семье никто постоянно не является центром. Внимание уделяется достижениям и нуждам каждого члена семьи, и существует здоровый взаимообмен между мужем и женой, родителями и детьми.

Алкоголик же обычно становится в семье основным объектом внимания. Поскольку его поведение непредсказуемо, и он является "неизвестным фактором", все мысли автоматически сосредоточиваются на нем. В каком он сегодня настроении? Если он трезв, что нам сделать, чтобы ему было хорошо? Если пьян, то как его умиротворить? Как нам не встать ему поперек дороги? Семья всегда начеку, пытаясь предсказать непредсказуемое и надеясь удержать скверную ситуацию, чтобы она не сделалась еще хуже.
Поскольку семья пребывает в эмоциональном разладе, и ее изоляция усиливается и поскольку алкоголик находится в центре приложения ее сил, члены семьи часто принимают и точку зрения алкоголика на действительность. Дело не в том, что он слишком много пьет, а в том, что его жена сварлива, или дети шумят, или родители несправедливы, или хозяин — настоящий надсмотрщик. Члены семьи непроизвольно вбирают в себя фальшивые объяснения, умозрительные построения и проекции алкоголика и, подобно ему самому, могут отрицать его пагубное пристрастие, платя при этом необычайно высокую цену за его пьянство

 Группа специалистов Центра профилактики алкогольной и наркотической зависимостей "Выбор" начала работать в области оказания помощи созависимым с 1994 года. Обращения в Анонимную телефонную службу для тех, кто имеет проблемы с алкоголем и наркотиками, и для членов их семей послужили стимулом развивать такие виды помощи как очное консультирование, лекции для созависимых, содействие становлению Ал-Анон в Казани.
Наши клиенты остро ощущают нехватку литературы по созависимости, доступной всем, кто в такой информации нуждается. Подготовка данного материала являлась первым шагом в реализации проекта по созданию Бюллетеня-дайджеста для членов семей наркоманов и алкоголиков, который объявлен Казанским общественным фондом "Выбор". При подготовке данного материала были использованы работы ведущих специалистов России и зарубежных стран в этой области.

Другой причиной явилась подготовка работы секции регионального семинара "Семья и профилактика наркоманий", проведение которого стало возможным благодаря поддержке Государственного комитета Российской Федерации по молодежной политике (в настоящее время Департамент по молодежной политике Министерства образования РФ).
Сегодня более доступна литература, касающаяся алкогольной зависимости. Хотелось бы подчеркнуть, что сходства между алкогольной и другими видами наркотических зависимостей больше, чем различий.

Различия касаются в первую очередь физических последствий, диагностических тестов и медицинской помощи при воздержании. Общепринятые же методы лечения, а также его духовные принципы одинаковы для всех наркотических зависимостей. Поэтому то, что обсуждается в отношении алкоголизма, в существенных чертах может быть отнесено и к наркотической зависимости.