|
Несомненно, человечество далеко шагнуло по пути освобождения, в том числе и сексуального, были и революционные подвиги, но перелома не было. И вот теперь мы видим, как на наших глазах рушится вековая тюрьма буржуазного брака. Если форма разрушается, значит, изменилось содержание. Да, действительно, на смену старому браку, активно распадающемуся, приходят другая форма гетеросексуальной моногамии. Ее уже окрестили гражданским браком. В чем суть происходящих изменений? Отбрасывается формальная часть брака, заключение брачного договора (даже в его Советской очень демократической, но все равно буржуазной форме), а вместе с этим и его официально-экономическая часть. Многое в отношениях полов строится по-новому.
Можно объяснить это ростом индивидуализма, или же попыткой освободиться из под ярма собственнических отношений все еще царящих в нашем мире. И оба объяснения будут верны, только для различных классов. Богатые не хотят совместно «с кем попало» – «по-советски» владеть своей (трудом стольких рабочих нажитой) собственностью. А что делить бедным? Лучше и не узаконивать своих отношений, чтобы потом не потонуть в судебных дрязгах. Ведь делить то им нечего. Крохи. Но все равно брак, в нынешних его формах, живет и еще долго будет жить. Думаю, в будущем из брака будет постепенно полностью выброшена экономическая часть отношений.
|
|
Неизбежный вывод: нужно бороться. А вопросы нужны, чтобы знать, куда наносить удар. Согласитесь, поколение не только ставящее вопрос, но и готовое дать на него ответ, сделать вывод и даже прямо последовать за ним, не должно быть поколением плейбоевских кроликов на задних лапках. Именно таким смелым и ищущим было молодое поколение 60-х на Западе. Оно первым бросило вызов, системе провозгласив «Эру свободной любви». Так получилось, и не могло быть иначе, что сексуальная революция совпала с революцией социальной. Пусть не совсем еще революцией, но уже большим и смелым рывком. Тот, кто бросает вызов системе, бросает его во всем и в сексе тоже. Но вот… сексуальная революция не может произойти отдельно от социальной, а революционный подъем 50-70-х закончился поражением, нет, конечно, многое было достигнуто..., но не сами вершины. Расширились границы речевой пристойности, а это позволило людям обсуждать сексуальные темы, как следствие, решая сексуальные проблемы. Большие изменения претерпела одежда (особенно женская): она стала более открытой формой сексуального выражения. Появился стиль «унисекс», общей одежды и для мужчин и для женщин. Мужчины стали чаще носить длинные волосы, а женщины короткие стрижки. |
|
В ходе ХХ века произошло резкое ослабление поляризации мужских и женских социальных ролей. Половое разделение труда потеряло жесткость и нормативность. Конечно, все еще существуют преимущественно мужские и женские профессии, но все эти изменения в общественной сфере определяют и вектор изменения сексуальных отношений.
Итак, мы пришли к выводу, что сексуальная революция является частью социальной революции. А социальная революция означает низвержение отжившего и утверждение нового, прогрессивного общественного строя. Сексуальная революция является, таким образом, закономерным, а не случайным явлением общественной жизни. И также означает низвержение старых и утверждение новых сексуальных отношений.
|
|
|
Какой период принято называть «эпохой сексуальной революции»? Ее время выпадает на 1950-1970 годы, и целиком совпадает с периодом революционного подъема, пик которого пришелся на 1968 год. С середины 1970-х начинается другой этап, реакционный период в западной истории, и вместе с ним приходит время «гомосексуальной революции». Этот период завершился в конце 90-х, когда начался новый революционный подъем.
Что несет в себе сексуальная революция? Ответ предельно прост: она несет в себе освобождение. От чего спросите вы? Освобождение мужчин и женщин от оков рабства буржуазных половых отношений. Взрослея, парни и девушки сталкиваются с господствующей буржуазной моралью, у них возникают вопросы: «Почему я должен так поступать? А почему я не могу этого? Это кто решил?». Так молодежь убеждается в том, что ее свобода сильно ограничена общественными нормами. Убеждается, еще не понимая, почему и зачем существуют эти запреты. И ставя перед собой массу вопросов, она автоматически вступает в идейное противоречие с капиталистической системой. Становится из растерянно непонимающей несогласной. Но, поставить вопрос, еще не означает дать на него ответ. Нужна еще готовность сделать это. А подобное далеко не всегда просто. Целые поколения могут простоять в тупике, но если готовность находится, тогда начинается поиск.
|
|
Cексуальная революция просто часть социальной, они не могут существовать обособлено. Вспомним прошлое: какие бы революции не происходили, они всегда влекли за собой и качественные изменения в сексуальной сфере. Скорее, сексуальная революция это действие, совершаемое социальной революцией в сфере полов. Феодальная революция положила конец рабовладельческой половой морали, а буржуазная стала концом феодальной… Но, помимо качественных изменений в сексуальной сфере, происходят, и количественные изменения – эволюционные и порой очень значительные. Правда, в среде различных классов они протекают по-разному, но определяющую роль играют они именно в среде господствующего класса. Эволюционные изменения сексуальных отношений и подготавливают сексуальную революцию. Рассмотрим это на феодальных отношениях. Сексуальный аскетизм средневековья сменяется в конце невиданной сексуальной распущенностью эпохи Рококо. В начале супруги спали в толстых ночных рубашках с маленькими отверстиями внизу (ведь по-другому порочно!), соответственно и секс у них был богобоязненным. В конце … почитайте де Сада, да и мемуары современников тоже хороши, порок на пороке. Если в мрачное средневековье супружеская измена считалась чем-то ужасным, то в просвещенном XVIII во Франции драться на дуэли защищая честь жены, было позорно. Над таким человеком смеялись все: «Вот ведь правда придурок и далась ему эта жена? Шлюха как шлюха, чего за нее драться?» Меняются экономические отношения, меняются и половые. XIX век принес вместе с господством капитализма и буржуазную половую мораль. «История моей жизни» Джакомо Джироламо Казановы изданная в то время была так урезана, что совсем не ясно, как это имя стало знаменитым? А какое благодушие, какая высокая мораль в произведениях романистов? Вальтер Скотт… А взять хотя бы Александра Дюма и его роман «Графиня де Монсоро», в этом романе король-гомосексуалист Генрих III, представлен таким непорочным: со своей женой не спал, а богу молился (о продлении рода), конечно Дюма все же делает осторожные намеки, но неискушенному они не видны. Более смело тогда писать было нельзя. |
|
